Керамика Владислава Щербины и ее связь с фарфоровой скульптурой художника

Кераміка Владислава Щербини та її зв'язок із фарфоровою скульптурою митця

Кераміка Владислава Щербини та її зв'язок із фарфоровою скульптурою митця

Кераміка Владислава Щербини та її зв'язок із фарфоровою скульптурою митця

Кераміка Владислава Щербини та її зв'язок із фарфоровою скульптурою митця
Кераміка Владислава Щербини та її зв'язок із фарфоровою скульптурою митця

Керамика Владислава Щербины и ее связь с фарфоровой скульптурой художника

 

Ценители пластики малых форм Украины второй половины ХХ – начала XXI века знают Владислава Щербина (род. 1926 г.) преимущественно как скульптора-фарфориста, что работал над пластикой малых форм на ведущих фарфоровых заводах Украины (в Городнице — ГФЗ, в Барановке (БФЗ) и Киеве — КЕКХЗ), где создавал разноплановые по сюжету и композиционным строением произведения. Однако в течение творческой жизни мастер имел дело не только с белой глиной (фарфором). Он неоднократно обращался к более грубых разновидностей керамики – майолики, терракоты, шамота, что позволяло ему свободно воплощать творческие замыслы и не быть зависимым от жестких рамок производства и технологии работы с фарфором.

Данный этап творчества мастера не освещен в специальной литературе. Единственной попыткой акцентировать на нем внимание и выделить творческое наследие мастера в керамике был недавний выставочный проект «4 состояния глины. Керамика Владислава Щербины», осуществленный автором статьи в августе-сентябре 2015 года в выставочных залах «Хлебные» Национального заповедника «София Киевская».

http://prostir.museum/ua/post/35554

Источниками для данного исследования являются результаты выставочного проекта – определенная систематизация и периодизация «керамических» блоков творчестве скульптора, изданный к выставке буклет (ил. 1); воспоминания. Щербины, записанные нами во время разговоров, изучение произведений и архивных фото в его мастерской.

Увлечение художника керамикой четко делится на четыре этапа, которым свойственны различные художественные особенности. Первый приходится на вторую половину 1950-х годов и связан с деятельностью художника в «мастерской Нины Федоровой». Второй – в 1959 – 1962 годы – охватывает произведения, сделанные в Прибалтике. Третий – выставочные произведения 1970-х годов. Четвертый длился с 1990-х – до начала 2000-х годов – самый плодотворный и большой по численности доработку период.

В 1950-е годы приобрела славу Экспериментальная мастерская художественной керамики Института архитектуры Академии строительства и архитектуры УССР, которая располагалась на территории заповедника «София Киевская», поэтому также называлась «софийской гончарнею», или же просто «мастерской Н. Федоровой». Тогда декоративная керамика распространилась не только в СССР, но и в Европе, широко пропагандировалась на многочисленных выставках и симпозиумах. Времена были отмечены новаторством и технологическими исследованиями. В частности художнику-керамісту и технологу Н. Федоровой, которая возглавляла Экспериментальную мастерскую, повезло возродить рецептуру глазурей, известных еще в Древнем Китае. Она разработала их широкую цветовую палитру, изобрела морозостойкие поливы и поливы восстановительного обжига. Ее мастерская была открыта для склонных к творческому эксперименту людей и стала своеобразным культурным центром, который сосредоточил вокруг себя не только профессиональных керамистов, скульпторов и народных мастеров, но и архитекторов, историков и писателей, исследователей искусства и просто его любителей.

Как-то после собрания в Союзе художников Н. Федорова пригласила В. Щербину в мастерскую и предложила сделать какую-то в глине. Она давала ему сырье, а он лепил вещи или в мастерской или на заводе, где делал первый обжиг, а потом глазурував ее глазурями. В данном творческом ячейки автор выполнил около десятка работ. Это преимущественно оплічні изображения литературных персонажей. Среди них: «Портрет девушки», «Мавка», «Тот, что в скале сидит», «Данко», «Голова бойца». Сохранились две работы — «Мавка» и «Голова бойца» (ил. 2), представляют сегодня редкий пример созданных в «софийской гончарные» скульптур…

Примерно в середине 1950-х годов В. Щербина выполнил в терракоте замечательный автопортрет (ил. 3) и портрет своей жены – художницы Оксаны Жникруп[]. Как и майоликовые произведения мастера, автопортрет привлекает внимание быстрой экспрессивной манерой лепки. Собственный образ художника получился лирическим, хрупким, хотя и не лишенным самолюбования. Глядя на него, мы представляем немалую, артистическую личность, представителя определенной культурной среды. …

Увлеченный работой со станковыми формами, на технической базе КЕКХЗ В. Щербина выполнил две большие керамические композиции – «Кирилл Кожемяка» (1958) (ил. 4) и «Хлеб» (1957) (ил. 5), из их моделей снял форму и также отлив скульптуры в фарфоре (ил. 6). … Отлитые в фарфоре, композиции «Кирилл Кожемяка» и «Хлеб» должны были стать заметным явлением в искусстве фарфора 1950-х годов, поэтому не удивительно, что их отметили в прессе. …

Скульптура по сюжету былины киевского цикла «Кирилл Кожемяка» (1958) была создана к фестивалю молодежи и студентов (Москва, 1958) и экспонировалась на выставке, посвященной 40-летию октябрьского переворота 1917 года. Она поражает монументальностью и психологической выразительностью образа богатыря.

В. Щербина вспоминал, что после экспонирования обе работы хранились в его заводской мастерской и на момент, когда он покинул предприятие (в 1988 году) находились там. Сейчас местонахождение данных фарфоровых скульптур не известно. Представление о них имеем по черно-белым фото (хранится в архиве художника), а о том, как они выглядели в объеме, можем судить по аналогичным майоликовыми композициями, которые тоже хранились на заводе, а после закрытия завода были переданы в НМУНДМ. …

Следующий этап керамических формотворень художника связан с командировками в 1959 – 1961 годах в Латвию, в частности в дом творчества художников имени Т. Залькална в Дзинтари. Там В. Щербина продолжил свои опыты в майоліці. …

В Дзинтари раскрылся талант. Щербины как керамиста-экспериментатора и керамиста-живописца. Свидетельство этому — созданы там ярко раскрашенные скульптуры и блюда. Толчком к новому повороту в творчестве художника стало желание стилизовать скульптуру в духе сдержанной прибалтийской керамики, с одной стороны, и выразить присущую для украинского народного декоративного искусства любовь к разноцветности с другой…

Выполненные в экспериментальных мастерских или во время творческих командировок майоликовые произведения, были своеобразным хобби, которым художник занимался тогда, когда не работал в фарфоре. Как занятие для души они не воспринимались автором всерьез. Поэтому после экспонирования на отчетных выставках они расходились неизвестно куда. Для многих из них не известна. Лишь несколько вещей сохранилось в семье художника.

Как плодовитый мастер, постоянно перевыполнял план на производстве, В. Щербина получил на заводе свободное посещение. Итак, у него появилась возможность работать в предоставленной Союзом художников мастерской (была расположена улице Филатова на Печерске) над выставочными произведениями. Размышляя над их воплощением, он эпизодически выполнял их варианты в керамике, в то же время делал в шамоті и самостоятельные вещи. Он понимал: ему как художнику важно делать не шаблонную сувенирную массовку и развлекательную пластика для «украшательства советского быта», а настоящие авторские вещи, поэтому сосредоточил свои усилия на творческой работе. Это способствовало развитию его потенциала художника.

В этот период он сделал томную гуцулку (1972), что сидит в окружении чайных роз, – один из самых нежных и поэтично тонких женских образов мастера (ил. 12 и 13). Подобное композиционное построение имеет и скульптура, которая изображает погруженного в собственные мысли пожилую женщину – «Сыночек» (1970-е). Обе работы были воплощены как в фарфоре, так и в шамоті. Для выставки была создана и скульптура казака, что лежит с закрытыми глазами. Объясняя ее, автор говорил, что хотел сломать стереотип трактовки героев в возвышенно-позитивном ключе: «А сколько славных героев полегло на полях сражений, почему же их тогда не изобразить мирно усопшим?». За название скульптуры — «Погиб за Украину» (1970-е), и пессимистичный настрой комиссия не хотела брать ее на выставки, ведь тогда при показе победителей отдавали предпочтение торжественным композициям.

Следующий, самый продолжительный период работы. Щербины в керамике охватывает 1990-е – первую половину 2000-х гг. Некоторые керамические произведения. Щербины этого периода сохраняются в НМУНДМ, остальные – в мастерской художника и в частных собраниях. Лишенный возможности работать в фарфоре, художник обращался к работе в таких разновидностях керамики, как шамот, терракота, майолика. Он искал в местных окрестностях глину, добавляя измельченную кирпиче, делал из нее шамот, потом моделировал в глине мелкие бытовые вещи – вазы, подсвечники, и, конечно же, – скульптуру. Воспроизводя скульптурные модели в терракоте или шамоті, он все равно мечтал воплотить их в фарфоре. Итак характерны для фарфора приемы формообразования (четко расчленены, не слишком детализированы формы) переносил на керамику, а когда случится возможность, планировал отлить в любимом материале. Выбор материала диктует и новую сюжетную программу произведений. Керамика как древнейший пластичный материал, что вызывает ассоциации с архаичными образами глубокой древности, побудила скульптора обратиться к осмыслению славянских языческих культов, вечных для искусства тем мифологии, обнаженной натуры, материнства, любви.

После того, как В. Щербина вернулся к работе с тонкой керамикой, то есть фарфором, он снял с некоторых своих терракотовых и шамотных работ формы или вылепил их заново, чтобы отлить в фарфоре. …

В этих работах древний материал получил многозначность. Шамот позволил Владиславу Щербине наполнить работы особым, не свойственным таком светском материала как фарфор, философским содержанием. Он дал возможность проникнуть вглубь веков, вести речь в вечном материале о вечные темы, древние культуры и верования. Художник создал в шамоті свой собственный доисторический мир и изложил по-своему его историю. Леса он населил черт, что играют на флейтах и нежно любят друг друга. По мнению автора, черт с композиций «Лесные объятия» (1997), «Нежность» очень похожи на персонажей драмы-феерии Леси Украинки «Лесная песня». В укромных чащах В. Щербины поют о любви мифические кентавры и сирини – «Мелодия любви», в то время как их покой охраняют самоотверженные наездницы, женщины-воины, напоминают воинственных греческих амазонок — «Раненая амазонка» (2001), «Последняя сарматка» (1999) (ил. 16). Впоследствии, когда произведения из шамота экспонировались на персональных выставках мастера[], они вызвали не меньший интерес у зрителей, чем фарфоровые.

Стилистически шамотные композиции отличаются от всего, ранее созданного Владиславом Щербиной в фарфоре. Это связано, прежде всего, со спецификой материала. Шамот – очень прочный материал, который внешне напоминает камень. Эта мужественная и жесткая масса не терпит излишней детализации и лепных акцентов, которые допустимы в фарфоре. Сначала художник лепил фигуру целиком, потом разрезал ее на части и, чтобы облегчить скульптуру, выбирал из снаружи лишнюю массу и снова склеивал части. Иногда он обогащал керамику цвету, укрывая поверхность солями металлов, которые в различном сочетании давали разные эффекты. …

Таким образом, керамика и фарфор в творчестве мастера постоянно взаимодействовали друг с другом. Скульптор иногда переносил приемы работы с майоликой на фарфор, с фарфором — в терракоту, с шамотом – в бисквит. Одна и та же композиционная схема нередко воплощалась в керамике и фарфоре, и в зависимости от материала, получала новое звучание, подтекст и дальнейшее развитие идеи.

Несмотря на то, что основным делом, которая навсегда определила творческое лицо Владислава Щербины как художника, была тогда и остается теперь фарфоровая скульптура, его наследство в керамике не менее интересный и значимый для истории украинской малой пластики. Он требует дальнейшего осмысления и систематизации.

 

Архивные фото публикуются впервые.

 

 

 

Велигоцкая Н. Фарфоровая гамма. Заметки с Республиканской выставки народного декоративного искусства // Культура и жизнь. – 1967. – 10 декабря. – С. 3.

Две скульптуры. – 1957 (точную дату и название газеты не установлено).

4 состояния глины. Керамика Владислава Щербины (буклет к выставке. авт. сост. Корусь А.). – К., 2015. – 6 с., ил.

БФЗ – Барановский фарфоровый завод

ГФЗ – Городницкий фарфоровый завод

КЕКЗХ – Киевский экспериментальный керамико-художественный завод.

НМУНДМ – Национальный музей украинского народного и декоративного искусства.

Источник

Добавить комментарий